Литературная пауза: «От лукавого» Часть-1

рассказ ауди от лукавого

— Вань, мягче! – взмолился человек на переднем кресле, когда чёрный Ауди, съехав на просёлочную дорогу, подпрыгнул на колдобине. – Все кости болят!

— Ну, это не автобан, – заметил пассажир сзади, придерживаясь за поручень. Он был высок и едва не доставал головой потолка кабины. За разговором он то и дело поглядывал на соседа по правую руку, молчаливого, какого-то тусклого, словно затерявшегося в уголке, и всю дорогу не отрывающегося от окна. Он и в этот раз промолчал, поправив только солнцезащитные прямоугольные очки. Всю дорогу от города до этой заброшенной деревеньки казалось, что он собирается с мыслями, играет желваками, несколько раз он даже неопределённо хмыкнул, но потом неизменно погружался в себя, отчего в машине сквозила некоторая напряжённость.

Внедорожник сбавил обороты. Ямы углублялись, движение иной раз походило на качку корабля.

— Ну и дороги! – покачал головой водитель, молодой светловолосый парень лет тридцати. – Двадцать первый век на дворе, машина – что компьютер на колёсах, а вместо дороги – военный полигон!

— Ну, да! – усмехнулся сосед на переднем сиденье. – Тут «Гелик» нужен. Там подвеска, как у танка.

— Доедем,– отозвался высокий. Водитель мельком взглянул на него в зеркало заднего вида. Черты хоть и жёсткие, острые, но лицо спокойное, бесстрастное и внушает доверие. Высокий лоб, волосы зачёсаны назад.

— Ох, не знаю, Петрович! – прищурились с переднего и хмыкнули. Водитель быстро взглянул направо, сообразил, что ирония не по его душу, однако непроизвольно за руль ухватился крепче. – В прошлый-то раз не выехали!

Петрович покачал головой, улыбаясь.

— Все вопросы к транспортному отделу. Они отвечали за доставку и обратно. Были предупреждены, что придётся брать карьер. Лично предупреждал, и что?.. Да, не отрицаю – подготовка на мне. Но лося дал? Дал. Отдых организовал? Организовал. Но ведь Федынычу тоже поработать надо было. Не всё ж под себя, Родя!..

— Ну, ладно – ладно. Я только не пойму, к чему эти маневры? Я знаю такие места! Доехали бы с комфортом, порыбачили и попарились в придачу!

Сзади вдруг зашевелился молчаливый сосед, снял очки и протёр стёкла платком.

— Да не жалейте вы машины: железо и только. А места знатные. Я с Санычем тут бывал. Однажды так половили, что следующее пятилетие – всё в масть. И стройка, и алюминий, и… — скорей, одними губами, вполголоса, — нефть.

Умолк. Умолкли, в общем, все. Навстречу потянулась пустые дома о двух сторон, дорога выровнялась.

— Куда теперь? – спросил водитель через плечо, въезжая. Он ожидал, что ответит долговязый, Петрович, в крайнем случае Родя, он же Родион Борисыч, приземистый и добродушный, бывшая футбольная звезда, ныне – тренер в детской команде и его коллега. Но ответил молчаливый. – Едь-едь пока, Ванюша: там ещё впереди будет.

Ваня старался глядеть только на дорогу, но пространство перед ним баюкало однообразием. Обычные остроконечные хаты, выцветшие и безликие, с покосившимся забором у заброшенных дворов, огромными зарослями крапивы и чертополоха и уходящей вверх стежкой разбитого асфальта. И Ваню влекло всякий раз обратиться к зеркалу. Было в этом молчаливом что-то демоническое и силы необычайной, хоть и обращались к нему фамильярно: Геннадьич. Вроде бы человек как человек, тихий, неприметный, известный спортсмен в прошлом. Входил в сборную союза по борьбе. Потом бизнесмен, миллионные контракты, нефть на паритетных началах с Санычем. Вот тот же Петрович, — в целом, неплохой мужик, но манерный какой-то, и то и дело поучавший, как можно устроить и то, и это, возглавлявший одну из успешных строительных компаний, — в сравнении с ним, был что тот пони на фоне английского Шайра. И это никак не выражалось. Это чувствовалось. Даже тут, когда от столицы – двести километров с гаком, когда рыбалка и все чины долой, — даже тут! От него прямо исходит что-то. А каково у него в офисе. Или у Саныча! Ещё не зашёл, а уже сорочку выжимай. Он только им на кой – непонятно: водилы, что ли, больше не нашлось?

Деревня неожиданно кончилась, но оклика не последовало. Ваня решил не суетиться: если что подскажут, направят, главное, чтобы в движениях спешки не было. Этот признак угодливой слабости бывает для таких господ раздражителен. Дорога свернула направо, сузилась, деревья обступили плотней и несколько веток смачно влепили по крыше казённого авто. Ваня непроизвольно вжал голову – в салоне зловеще промолчали. Впереди как будто намечалась голубая пустота.

Похожие

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *